Посольство России в КНДР

Выступление и ответы на вопросы СМИ Президента России В.В.Путина на пресс-конференции по итогам встречи на высшем уровне Россия – Европейский союз

28 января 2014 года, Брюссель

Источник: официальный сайт Президента России

 В.ПУТИН:

Уважаемые дамы и господа!

Переговоры с нашими европейскими партнёрами и друзьями прошли, действительно, в деловой и очень открытой конструктивной атмосфере.

В этот раз по предложению коллег из штаб-квартиры ЕС формат саммита был изменён. Мы провели обстоятельную беседу в узком составе, а затем ещё и в расширенном – за рабочим ланчем, где эксперты могли высказать свою позицию по текущим и перспективным вопросам.

Главное, что максимально откровенно поговорили по ключевым вопросам двусторонней повестки дня. Обсудили стратегические цели и задачи нашего взаимодействия, в том числе перспективы создания единого экономического и гуманитарного пространства, о котором здесь уже было сказано моими коллегами, от Лиссабона до Тихого океана.

Отмечу, что на ЕС приходится половина всей внешней торговли Российской Федерации. И при этом хочу обратить ваше внимание на то, что, несмотря на неблагоприятную международную экономическую конъюнктуру, наш взаимный товарооборот продолжает расти. В прошлом году он вырос как минимум на 1,7 процента. В позапрошлом году у нас была рекордная цифра товарооборота – 410 миллиардов долларов. Я думаю, что по результатам 2013 года мы этот рекорд превзойдём.

Россия, как известно, ведущий поставщик углеводородов на рынок Евросоюза: доля нашего газа в топливном балансе составляет 24 процента, нефти – 27 процентов.

Россия и ЕС тесно взаимодействуют в инвестиционной сфере. Более 60 процентов российских зарубежных инвестиций приходится именно на страны Евросоюза, наши компании вложили в ЕС порядка 80 миллиардов долларов. В свою очередь европейские компании – ведущие инвесторы в российскую экономику: объём их инвестиций составил 288 миллиардов долларов.

Европейский бизнес широко представлен практически во всех отраслях российской экономики. Компании ЕС участвуют в реализации «Северного [потока]» и «Южного потока» по развитию энергетической инфраструктуры. Европейские технологии и оборудование играют важнейшую роль в процессе модернизации российской промышленности. Созданы совместные предприятия по сборке самолётов при участии ряда европейских компаний; высокоскоростных поездов – при участии компании «Сименс»; автомобилей – «Рено», «БМВ», «Фольксваген»; сельхозтехники – «Фиат», и так далее.

Укрепляется взаимодействие в научно-технической сфере. Нынешний 2014 год объявлен Годом науки Россия – ЕС, в программу которого включено более 200 мероприятий.

То есть сотрудничество носит масштабный и разносторонний характер. Но необходимо ставить более крупные, более амбициозные задачи. Одна из них – сопряжение европейского и евразийского интеграционных процессов. Убеждён, между этими процессами нет абсолютно никаких противоречий. Обе интеграционные модели построены на схожих принципах и опираются на нормы Всемирной торговой организации и могли бы эффективно дополнить друг друга, способствовать росту взаимного товарообмена.

В этом контексте мы с коллегами откровенно обменялись мнениями по тематике восточного партнёрства, здесь уже было об этом сказано. Мы заинтересованы в стабильности и процветании стран, являющихся нашими общими соседями. Эти государства стремятся активнее сотрудничать с Евросоюзом и одновременно сохранить тесные исторические и кооперационные связи с Россией. Им надо, безусловно, в этом помогать. Но создавать новые разделительные линии недопустимо – нужно, наоборот, работать сообща над построением новой единой Европы.

В качестве конкретной идеи предложили руководству Евросоюза изучить возможность формирования зоны свободной торговли между ЕС и создаваемым Россией, Белоруссией и Казахстаном Евразийским экономическим союзом. Во всяком случае можно было бы об этом подумать. Хотя реакция нам была заранее известна: ещё много проблем, которые нужно обсуждать, нужно на экспертном уровне, на техническом уровне ещё много вопросов обсудить. Это всё так, всё правильно, мы это понимаем, но думать об этом, мне кажется, можно уже сейчас. Важно запустить соответствующий экспертный диалог.

Договорились ускорить работу над новым базовым соглашением Россия – ЕС, с тем чтобы по возможности согласовать остающиеся вопросы по его тексту к очередному саммиту. Не знаю, насколько это будет возможно; хочу ещё раз подчеркнуть, Россия в этом заинтересована, нами сделаны соответствующие предложения, – посмотрим. Исхожу из того, что многие вещи, которые до сих пор являлись спорными, можно будет решить, и в ходе диалога на экспертном уровне разрешить.

Вместе с тем есть и проблемы, о которых мы тоже говорили. Например, принятые за последние годы в Евросоюзе законодательные решения, по сути, создают определённые проблемы. Я уже сейчас не буду возвращаться к третьему энергетическому пакету, вы нашу позицию знаете. Мы вскользь, но тоже коснулись этой проблемы, надеюсь, что и здесь мы всё-таки, несмотря на все сложности, имея в виду взаимную заинтересованность в расширении сотрудничества в энергетике, найдём приемлемые решения.

Состоялся заинтересованный разговор по вопросам безопасности, противодействия общим вызовам и угрозам, в том числе и в борьбе с терроризмом. Кстати говоря, пользуясь случаем, я хочу поблагодарить наших европейских партнёров: это прежде всего наше сотрудничество на двусторонней основе с некоторыми европейскими странами – за совместную работу по обеспечению безопасности Олимпийских игр в Сочи. У нас создан соответствующий штаб, в нём фактически на правах полноценных сотрудников этого штаба работают представители специальных служб многих европейских государств.

Мы обменялись мнениями по наиболее актуальным вопросам международной повестки дня включая Сирию. Главное, что дан старт конференции «Женева-2», подготовка к ней шла непросто, но совместными, я хочу это подчеркнуть, именно совместными усилиями нам удалось запустить межсирийский диалог. И, безусловно, мы отдаём себе отчёт в том, как много для этого сделали наши европейские партнёры. То же самое касается и определённых успехов, хотя бы на сегодняшнем этапе, на переговорном процессе, который посвящён урегулированию иранской ядерном проблемы. Здесь тоже многое ещё предстоит совместно сделать. Будем, как и договаривались, совместно идти по этому пути дальше, будем работать.

Безусловно, на экспертном уровне, на уровне министров иностранных дел и их коллег в повестке дня всегда остаётся и проблема Афганистана, особенно в связи с выводом из этой страны международных сил.

Полагаю, что состоявшиеся дискуссии получились содержательными и полезными, позволили наметить конкретные ориентиры совместной работы.

Что касается договорённостей о наших консультациях по поводу восточного партнёрства, то мы согласились с нашими европейскими партнёрами, что это будет в высшей степени полезно, имея в виду, что многие вещи, с которыми мы сталкивались и которые нам становятся известны из средств массовой информации, российской стороной и нашими европейскими партнёрами понимаются по-разному, и назрела насущная необходимость и потребность сверить часы, на экспертном уровне поговорить на этот счёт и понять, как возможные решения в этой сфере будут влиять на наше экономическое самочувствие.

Мы договорились провести следующий саммит 3 июня, накануне саммита «большой восьмёрки», в России, в городе Сочи.

Большое спасибо за внимание.

ВОПРОС (как переведено): «Уолл Стрит Джорнэл». Вопрос в адрес Президента Путина позвольте в первую очередь. 15 миллиардов долларов – договорённость по займу, которую вы лично подписали в декабре с Украиной, по-прежнему актуальна? Скажем, если в Киеве сменится правительство и в нём будет доминировать оппозиция или если Украина заявит, что она намерена возобновить процесс по соглашению об ассоциации с ЕС. А если нет, то как это будет согласовываться с тем, что Россия постоянно обещает соблюдать и уважать суверенитет Украины?

В.ПУТИН: Первое. Россия всегда с уважением относилась, относится и в будущем будет с уважением относиться к суверенным правам любых участников международного общения. И к государствам СНГ, которые образовались после распада Советского Союза, и ко всем другим странам мира. Любые решения, любой вывод о том, что выгодно или невыгодно для страны, должна принимать сама страна в ходе демократических процедур.

Вопрос по подписанию Украиной соглашения с ЕС связан не с суверенным выбором Украины, а с тем, какие последствия будут для российской экономики в случае этого подписания. Сегодня мы с коллегами достаточно долго по этому вопросу говорили. Ну, например, может ли она существовать в рамках зоны свободной торговли, в которой Украина уже находится и просила нас в своё время об этом? У нас создалось впечатление, что Украину вынимают из зоны свободной торговли. Если это так, то мы не можем сохранить преференциальный режим. Это не Украины касается, это нас касается. Например, крупная сборка, скажем, в автопроме либо в других отраслях производств. Мы так прочитали в соглашении, что товары, произведённые таким образом на территории Украины, считаются товарами украинского производства.

Мы долго спорили с нашими европейскими коллегами в ходе присоединения России к ВТО по поводу того, как нам развивать нашу автомобильную промышленность и какой уровень локализации должен быть достигнут на российском рынке. Если это такой заход с заднего крыльца на наш рынок, то, конечно, мы должны это понимать. Здесь нет никакого политиканства, здесь есть прагматический интерес. Скажем, в том числе по техническим регламентам или по фитосанитарным нормам, ведь это всё имеет практическое значение для нашей экономики. Мы договорились с коллегами, что мы все эти вопросы друг с другом на экспертном уровне проясним.

Что же касается нашей готовности помочь Украине, то я уже говорил об этом, хочу сказать ещё раз: мы исходим из того, что и тот кредит, о котором мы говорили, и снижение хотя бы поэтапное и поквартальное цен на энергоносители, на газ прежде всего, связаны с необходимостью и желанием поддержать не какое-то конкретное правительство, а украинский народ. У нас, знаете, есть такое выражение: когда паны дерутся, у холопов чубы трещат, то есть страдает всегда простой гражданин. И нам бы очень хотелось, чтобы эта нагрузка на рядового гражданина была минимальной.

Есть одно обстоятельство, на которое я хотел бы обратить внимание, даже два. Первое заключается в том, что мы, в отличие от МВФ, строго на бумаге в договорах не обозначили условия предоставления этого кредита. Но с премьер-министром Азаровым у нас есть определённые договорённости, были, точнее, договорённости, которые заключались в том, что этот кредит берётся не только на поддержку бюджета, не только на «проедание», но и на развитие. Что он создаст условия для структурных изменений в экономике. Спросите, он, наверное, прятаться не будет от прессы после отставки, у бывшего председателя правительства – он лично мне об этом рассказывал, рассказывал о своих планах. У нас в России даже была определённая критика в адрес Правительства Российской Федерации, что оно разбрасывается деньгами без требования структурных реформ. Такая договорённость у нас с правительством Азарова была. Нам, конечно, небезынтересно, какую экономическую политику будет проводить будущее правительство. Мы, правда, не знаем пока, кто его возглавит и как будет выстраиваться эта экономическая политика. Но мы намерены свои обязательства выполнять, это первое.

И второе. Это касается снижения цен на энергоносители. К сожалению, у государственной украинской компании «НАК Украины» скопился очень большой долг – 2 миллиарда 700 миллионов долларов – с августа прошлого года. И мы договаривались о том, что этот долг будет погашен: и в ходе того, что мы предоставляем кредит, и за счёт того, что мы снижаем цены на энергоносители. Но пока этого не происходит, украинская сторона просит ещё раз перенести платежи. Но и это не самое плохое. Хуже то, что сейчас – мне только сегодня утром сообщили, – украинская сторона просит нас дать отсрочку даже по платежам этого года, за газ, полученный по сниженным ценам. Но это очень сложная ситуация для нас самих и для экономики «Газпрома», поскольку эти доходы заложены в его инвестиционные планы. Но это всё рабочие моменты, и мы будем с нашими партнёрами на Украине, кто бы ни возглавил украинское правительство, будем с ними вести диалог.

ВОПРОС:

Радио «Эхо Москвы». Вопрос господину Президенту Путину: Владимир Владимирович, я не понял, правильно ли, сейчас прозвучало, что Россия не будет инициировать пересмотр газового контракта и кредита, если к власти придёт оппозиционное правительство, не будет инициировать пересмотр этих соглашений?

Спасибо.

В.ПУТИН: Напрямую скажу сразу в ответ на Ваш вопрос, будем ли мы пересматривать наши договорённости по кредитам и по энергетике, если к власти придёт оппозиция: не будем. Для нас не важно, мы вели очень конструктивный диалог с правительством Украины, когда это правительство возглавляла госпожа Тимошенко. Мы же обо всём с ней договаривались, и для нас это никакое не табу – разговаривать с представителями всех политических сил Украины. Но что для нас принципиально важно, и я об этом уже сказал, хочу ещё раз повторить: для нас важно, чтобы украинская экономика была кредитоспособной. Важно, чтобы украинская экономика могла генерировать позитивный эффект от своего развития, чтобы правительство провело структурные изменения, и мы были бы гарантированы, что мы получим назад свои кредитные ресурсы.

Вы понимаете, несмотря на наши большие золотовалютные резервы, резервы Правительства, всё-таки 15 миллиардов – это то, что планировала вся крупная международная организация МВФ дать Украине, Россия дала одна, даёт, во всяком случае. И мы хотим быть уверены в том, что эти деньги вернутся. По-моему, это абсолютно нормальная вещь, и поэтому для нас важно, какие бы политические силы ни были во главе правительства, важно, какую экономическую политику они намерены проводить – вот это принципиальный вопрос. Это первое.

Второе, по поводу советов Украине как и что делать. Я думаю, что украинский народ в состоянии сам разобраться. Во всяком случае, Россия никогда не будет в это вмешиваться. Я могу себе представить, как бы наши европейские партнёры отреагировали, если бы в разгар кризиса, скажем, в Греции или на Кипре, на одном из митингов антиевропейских появился бы наш Министр иностранных дел и начал бы там обращаться с какими-то призывами. Мы считаем, что это вообще не очень хорошо, а имея в виду специфику определённую в отношениях между Россией и Украиной, для нас это просто неприемлемо и невозможно.

РЕПЛИКА: А совместное посредничество?

В.ПУТИН: Я не знаю, нужно ли Украине это посредничество. Если им нужно, они должны об этом сказать, но мне представляется, что чем больше посредников, тем больше проблем. У нас есть выражение «у семи нянек дитя без глаза».

На что бы я обратил внимание: наши европейские друзья обратились с призывом к Президенту, к правительству не допускать применения силы и так далее. Применение силы – это всегда крайняя мера, я с ними согласен абсолютно. Сегодня в ходе беседы я тоже об этом сказал, у вас в средствах массовой информации это не показывают, а мы видим, ну скажем, на Западной Украине священнослужитель призывает толпу ехать в Киев и громить правительство, и дальше аргументация: «чтобы в нашем доме не командовали негры, москали, то есть русские, и жиды». Вы знаете, во-первых, удивительно, что это делает религиозный деятель, а во-вторых, это ведь крайнее проявление национализма, абсолютно неприемлемое в цивилизованном мире. И призывая украинское правительство и Президента Януковича действовать цивилизованными методами, мы должны обратить внимание и на его политических противников, призвать и их тоже придерживаться методов цивилизованной политической борьбы.

ВОПРОС: Телекомпания НТВ. Добрый вечер! Я понимаю, что обсуждение ситуации на Украине внесло изменения в повестку дня сегодняшнего саммита, но тем не менее существует всё-таки такое мнение, что из года в год, из раза в раз эти повестки саммитов Россия–ЕС практически не меняются, они достаточно стандартные. И вы сегодня об этом же говорили, что это и подготовка базового соглашения, и безвизовый режим или третий энергопакет. Складывается ситуация, что это перечень многолетних нерешённых вопросов, которые вы обсуждаете из раза в раз. Может быть, после этого саммита вы нам скажете уже что-то конкретное, может быть, что-то когда-нибудь реализуется, хоть что-то? Хоть закончится обсуждение какого-то серьёзного вопроса?

Спасибо.

В.ПУТИН: Украина, Вы сказали, внесла коррективу в нашу повестку дня. Украина не внесла никаких корректив в нашу повестку дня. Мы действительно много внимания уделили самой проблеме восточного партнёрства и в этой связи говорили, конечно, и об Украине, но как об одной из стран, которая находится в переговорном процессе по этому проекту. Это первое.

Второе, мы всегда с вами обращаем внимание на проблемы, с которыми мы сталкиваемся и которые, к сожалению, действительно не можем решить достаточно долгое время, которые являются для нас принципиальными. Мы сегодня, допустим, говорили о том, что Евросоюз применяет к нам антидемпинговые процедуры, к целому ряду отраслей: к химической промышленности, металлургической – со ссылкой на то, что у нас нерыночное ценообразование на газ. Мы считаем, что это несправедливое требование. Мы считаем, что это эксклюзивное требование со стороны наших европейских партнёров, но это всё технические вопросы.

Так же, как и наш уже многолетний спор по третьему энергопакету. Но вместе с тем, обращаю ваше внимание, у нас объём товарооборота увеличивается из года в год: я уже сказал, на 1,7 процента увеличился только в прошлом году и будет рекордным. Мы сотрудничаем в высокотехничных областях: авиация, космос. У нас есть конкретные большие проекты в этой сфере. Мы создали целую программу по сотрудничеству в области науки – 200 мероприятий наметили. У нас создана отдельная программа по модернизации экономики, и на это направлено ни много ни мало 15 миллиардов евро. Это очень серьёзная вещь. Мы продолжаем сотрудничать и в энергетике, и в других областях – у нас движение вперёд очень позитивное и мощное. Есть проблемы, которые мы пока не решили, но мы полны решимости это сделать. Надеюсь, что к следующему саммиту мы сможем продвинуться, в том числе и по этим вопросам.

Кстати говоря, мы спорили, допустим, по энергопакету. У нас были проблемы с продолжением «Северного потока» – это трубопроводная система «ОПАЛ» на территории ФРГ. Но вот мы и договорились в принципе уже о том, что она могла бы быть использована не на 50 процентов, а на сто.  То есть движение есть по самым сложным вопросам.

 

РАЗДЕЛЫ

МИД В СОЦСЕТЯХ

НОВОСТИ